Фиксация в неведении

Поскольку обычное состояние сознания, полное фрустраций, ограничений и несовершенств обоснованно воспринимается как негативное и болезненное, естественной реакцией является стараться уменьшить это страдание. Собственно, именно на уменьшение страдания, вызванного несовершенством сознания и среды его проявления и направлено большинство путей развития – как в «духовной», так и в «социальной» плоскостях.

Поскольку страдание является чисто психической категорией, одним из видов реакции на боль, самым простым и очевидным способом его уменьшения является именно перестройка сознания, изменение его  систем подкрепления и способов реагирования. При этом зачастую стремление уменьшить страдание выражается лишь в проработке защитных механизмов психики, без ее внутреннего упорядочения, без ослабления причин страдания, факторов, его вызывающих. Говоря иначе, все беспокоящие сознание элементы, все его патологические проявления и уязвимости остаются на месте, но сознание «приучается» их не замечать, обучается игнорированию и «толстокожести». Вместо того, чтобы гармонизировать сознание и среду его проявления люди нередко лишь выстраивают более или менее комфортный способ существования больного сознания в больной среде, и считают свою задачу выполненной.

Понятно, что перестроить системы вознаграждения в мозге вполне возможно, и не так уж сложно добиться состояния, в котором как собственные страдания, так и боль мира уже не воспринимаются как тревожащие или дискомфортные переживания. Огромное количество медитативных и психотренингующих техник работают именно таким образом: мозг переключается с адренергической регуляции – на серотонинэргическую, научается вырабатывать необходимое количество подкрепления самостоятельно, и погружается в близкое подобие покоя.

К примеру, во время стресса активируется система реакции мозга на стресс, которая включает выброс гормонов кортизола и адреналина. Эта реакция может привести к изменениям в медиаторных системах мозга: стресс снижает уровень нейротрансмиттеров, таких как серотонин и гамма-аминомасляной кислоты (ГАМК), которые участвуют в регулировании настроения и уменьшении беспокойства. Это и приводит к чувству депрессии, беспокойства и раздражительности в неблагоприятных обстоятельствах. Напротив, во время медитации активируется реакция мозга, направленная на релаксацию, медитация повышает уровень серотонина и ГАМК, которые могут помочь уменьшить беспокойство и способствовать ощущению спокойствия и благополучия. Кроме того, медитация увеличивает активность дофаминовой системы, которая участвует в регулировании мотивации и вознаграждения, что может способствовать ощущению благополучия и удовольствия, которые многие люди испытывают во время медитации.

Более того, регулярная практика медитации может привести к изменениям в структуре и функциях мозга, которые могут сохраняться долгое время: увеличение толщины коры в областях мозга, связанных с регуляцией внимания и эмоций, а также изменения в активности систем, которые регулируют «блуждания ума» и самореферентное мышление. Очевидно, что такие перестройки значительно увеличивают внутреннее состояние комфорта, снижают тревожность и фрустрированность, но вместе с тем – снижают и мотивированность, уменьшают общую алертность нервной системы.

Другими словами, человек, регулярно практикующий «успокаивающие» сознание техники, становится благостным, довольным, счастливым, но – инертным и внутренне пассивированным. Он «восходит  от самадхи к самадхи», и начинает деятельность лишь для того, чтобы еще больше увеличить уровень внутреннего вознаграждения, повысить внутренний комфорт. К примеру, у людей, которые регулярно практиковали медитацию, регистрируется большая активация вентрального полосатого тела, ключевой области системы вознаграждения мозга, в ответ на стимулы, связанные с вознаграждением, по сравнению с людьми, которые не практиковали медитацию. Эта повышенная активность свидетельствует о большей мотивации к участию в вознаграждающей деятельности, и меньшей – к деятельности, не приносящей немедленного подкрепления. Можно сказать, что человек, «пропитанный» «успокаивающими» практиками, больше ориентирован на «продуктивную» деятельность, и меньше – на борьбу, на то, что не приносит побед и радостей.

Таким образом, хотя люди стремятся к счастью и избегают страданий в повседневной жизни, когда они попытаются применить эту же логику к развитию своего осознания, они часто ошибаются и создают новую зависимость. Несмотря на то, что настоящее состояние сознания не связано со страданиями, не следует путать это состояние с простым ощущением удовольствия. Показателем правильности нашего понимания естественного состояния сознания является устойчивость и равновесие нашего потока мыслей и чувств. Если мы просто стремимся к блаженству, то мы можем запутаться в своих желаниях и постоянно искать все более тонкие удовольствия. Но если мы стремимся к естественности, то у нас больше шансов избежать такой зависимости.

С одной стороны, конечно, уменьшение страдания является важнейшей задачей развития, и человек, уменьшивший свою внутреннюю обеспокоенность – проживает гораздо более благополучную жизнь. Но с другой – уровень его сознания остается неизменным, он не преодолевает своих тупиков, а лишь обходит или игнорирует их, все его «тараканы» — на месте, просто хорошо накормлены и убаюканы.

К сожалению, наблюдения за обитателями монастырей и ашрамов показывает, что значительную их часть составляют внешне мирные, спокойные, но – внутренне переполненные самодовольством эгоисты, легко впадающие в недовольство или даже агрессию, если их святость и достижения подвергают сомнению.

Вместо того, чтобы прорабатывать свои негативные энергии, реакции и проявления, многие такие «практики» просто разделяют свое сознание на две части – «святую» и «темную», и прочно запирают двери во вторую. В результате – их внутренние демоны, лишенные даже элементарного надзора и контроля (они-то игнорируются, отрицаются), развиваются совершенно непредсказуемым образом, и, даже если так и не освобождаются в текущей жизни – вылазят в посмертии или следующих воплощениях, значительно увеличивая общий уровень тьмы в мире.

Лишаясь движущего дисбаланса, сознание не обретает совершенство, но, напротив, «консервируется» в своем «испорченном» состоянии, маскируя глубинную гнилостность внешним благополучием. И многие «духовные практики» — это такие «консервы неведения», в которых тьма находится в латентной, но могучей и живой форме.

Получается парадоксальная ситуация: «святые» и «праведные» практики на деле выступают проводниками тьмы. Недаром говорят, что «в монастырях обитает больше демонов, чем в борделях», и то, что в современном мире принято называть «духовностью» — чаще является тормозом развития сознания, чем помогает ему.

Печальная правда состоит в том, что субстаницональное зло не исчезает от игнорирования, его не уничтожишь, «накачивая» мозг серотонином, а сознание – блаженством, единственный путь к избавлению от него – встреча с ним лицом к лицу, и трансформация его энергии в ее изначальную, неиспорченную форму. И тогда, когда болезнь спрятана, замаскирована, ее придется сперва выявить, перевести в «острую» форму, что, конечно, будет весьма болезненно, и все усилия, затраченные на блаженство, пойдут прахом.

Недовольство, фрустрация, несвобода сознания – это негативные явления, от которых, конечно, следует избавляться, однако путь к освобождению от них – не в игнорировании, не в «заметании их под пол», а в активной проработке и интеграции питающих их энергий – в общий состав существа.

И точно так же, как не следует культивировать и поддерживать деструктивные состояния сознания, не стоит и увлекаться «позитивным» поиском тонких удовольствий. Любой перекос в сторону одного из полюсов бинера лишь закрепляет дисгармонию, и даже если все выглядит блаженно и пристойно, это не значит, что так и есть на самом деле.